Иошпе Алла

Иошпе Алла
Бабушкино танго

Подождите, идёт загрузка

Алла Яковлевна Иошпе - коренная москвичка, родившаяся в самом центре столицы, у Никитских ворот в 1937 году. С самого рождения она была болезненной девочкой. Всю жизнь врачи составляли большую часть ее окружения.

А большая часть детства и юности Аллы прошла от операции до поправки - и до новой операции. Чтобы сверстники общались с дочерью не из жалости, а хоть немного из интереса, мама Аллы организовала дома свою маленькую библиотеку. Покупала редкие книги, наклеивала конвертики, и Алла всерьез играла в библиотекаря. Мама боялась, что Алла никогда не выйдет замуж, что никогда не будет иметь детей, ведь с такими слабыми сосудами нельзя рожать. И растила дочь так, чтобы девочка была счастлива хотя бы в своем внутреннем мире. Но у судьбы были свои виды на Аллу Иошпе...

Из Гнесинского документы пришлось забрать - якобы не прошла по конкурсу. История повторилась, когда для зачисления на отделение психологии искусств философского факультета МГУ требовалось 18 баллов, Алла набрала 19, а первого сентября не нашла себя в списке первокурсников. Злополучный "пятый пункт" опять сработал. "Я все равно буду здесь учиться!" - прокричала Алла в деканате. И стала тайком ходить на все лекции.

А когда после первого семестра освободилось место, ее приняли. В университете Алла никому не говорила, что прекрасно поет и аккомпанирует себе на пианино. Однажды, случайно, не выдержав, она рванулась показывать одной девушке из университетской самодеятельности, как надо спеть "только у любимой могут быть такие необыкновенные глаза", чтобы все поверили. Услышав версию Аллы, руководитель кружка буквально вытолкнул ее на сцену.

Как-то, впопыхах куда-то собираясь, Алла мельком смотрела по телевизору концерт. Вдруг она услышала красивую мелодию и приятный мужской голос, остановилась на минуту, чтобы послушать, и... простояла, не дыша, до конца выступления. Молодой красивый узбек, закрыв глаза, самозабвенно, словно молясь, пел "Арбатское танго". "Я забыла, куда и зачем шла - такого самобытного певца я еще не слышала и была поражена, очарована им. Я и не думала тогда, что наши судьбы так скоро пересекутся". Стахан Рахимов впервые увидел Аллу также задолго до их знакомства. На одном из музыкальных вечеров в актовом зале МГУ он стоял за кулисами. Шел концерт эстрадно-симфонического оркестра Анатолия Кремера, когда на сцену - немного неуклюже и прихрамывая - вышла девушка. "Зачем она пытается стать актрисой?" - подумал он, заметив недуг Аллы. Зазвучала музыка. Девушка запела. "И вот тогда со мной случился шок - она с музыкой и звуками делала то, что сделал бы и я. Абсолютное певческое совпадение. Кажется, я сразу влюбился"... Ударники певческого труда Судьба сложилась так, что Алла и Стахан познакомились значительно позже, уже как соперники по творческой самодеятельности. Стахан был лучшим певцом самодеятельности всех технических вузов Москвы, Алла была солисткой оркестра легкой музыки и главным козырем в колоде гуманитариев. На итоговом концерте конкурса молодых исполнителей в Колонном зале они оба шли на первую премию. Место решено было поделить.

После конкурса они долго не виделись. В то время в Москве на улице Горького было очень модное молодежное кафе - играл оркестр, выступали молодые певцы, интеллигентная публика из учащейся молодежи. На одном из таких вечеров солистка оркестра легкой музыки Алла Иошпе пела "Песню о Тбилиси". Пела по-русски. Как вдруг на втором куплете с колоритным грузинским акцентом ей подпел красивый мужской вокал: "Тбилисо!..". В зале перестали танцевать и начали слушать. Кто знал тогда, что это звучит уже музыка любви? Слишком многое пришлось разрушить, чтобы построить судьбу этого дуэта. И Алла, и Стахан уже состояли в браке... И потом они оба были козырями в соревновании университетской самодеятельности. Стахан учился в МЭИ, Алла в МГУ.

Алла и Стахан поженились и прославились как дуэт.

"Журавлиная песня", "Алеша", "А мне мама целоваться не велит" в их исполнении транслировали радиоточки огромной страны. Они выступали на лучших сценах рядом с Кобзоном, Капитолиной Лазаренко. Репертуар им писали Колмановский, Фрадкин, Никитин... Гастролировать им разрешали с огромными поблажками - они были первыми советскими артистами, отправившимися в коммерческие гастроли в Австралию на полгода, в то время как заграничные гастроли советского исполнителя могли длиться не более трех месяцев в год.

Они были "ударниками певческого труда" и приносили в казну страны сверхдоходы в валюте. Записали четыре гигант-диска, но... Черное десятилетие Алла была больна. Ее изрезанная многочисленными операциями нога не смирялась с болью и недугом. Молодая красивая певица с трудом выходила на сцену без опоры на руки мужа. Но операцию, нужную Алле, в то время с успехом делали в трех клиниках мира - в Лондоне, Париже и Тель-Авиве. Алла и Стахан стали готовиться к поездке. Они и не знали, что с каждым днем приближали не день операции, а черное десятилетие своей жизни. "Чего вам не хватает тут? У государства нет денег на такую дорогостоящую операцию, а за свои деньги делать ее вы не можете - нет такой статьи доходов: "от концертов".

Алла и Стахан хотели сами решать свою судьбу, но забыли, в какой стране живут. Когда вспомнили, на семейном совете решили по-пролетарски: "Мы не рабы!". И решили уехать из СССР навсегда. Их объявили врагами. Все это произошло в 1979 году.

А в 1980 году к Международному фестивалю молодежи и студентов, который должен был пройти в Москве, фирма "Мелодия" заказала на ташкентском заводе выпуск небывалого 10-тысячного тиража юбилейной, пятой по счету, грампластинки Иошпе и Рахимова. Весь тираж был уже готов, когда Стахан почувствовал - этот диск никогда не дойдет до слушателя. Он позвонил в Ташкент матери: "Мама, поезжай скорее на завод! Спаси хотя бы одну пластинку!".

Ни одной из десяти тысяч пластинок спасти не удалось. А спустя четыре года после случившегося дома у Рахимовых раздался телефонный звонок: "Извините, что мы не можем назвать свои имена. Мы всю жизнь поклонялись вашему творчеству и ценой очень большого риска спасли исходные записи вашей пластинки. В такое-то время возле телефона-автомата мы оставим вам пакет с пленками". Благодаря этой бобине в тысячу метров записи все же увидели свет уже в формате компакт-диска. Но почти 20 лет спустя.

Белорусская Деловая Газета N 679